Продолжение борьбы за Мексику

После падения диктатуры Порфирио Диаса рабочий класс начал активно создавать свои организации. Была образована Национальная конфедерация типографов с отделениями в штатах Сонора, Гуанахуато, Синалоа, Тамаулипас и Юкатан; на севере страны был создан “Союз горняков” под руководством Л. Гутьерреса де Лары и Х. Кадены; в Тампико возник профсоюз грузчиков; в Веракрусе образовалась “Конфедерация профсоюзов”.

Продолжение борьбы за Мексику

Рабочие выдвинули требования создания при правительстве департамента труда, но глава правительства Франсиско де ла Барра отверг их, как и многие другие, что вызвало забастовки.

Шедшее на подъем рабочее движение оставалось без единого руководства. Либеральная партия, претендовавшая до революции на это руководство, переживала упадок. Падение диктатуры Диаса потребовало выработки новой тактической линии партии. Часть руководителей либеральной партии во главе с Рикардо и Энрике Флорес Магон выступали за продолжение вооруженной борьбы вплоть до победы анархии, пока в Мексике не будет ни власти, ни закона, никаких правительств. Другая часть руководства во главе с А. Вильяреалем, полковником повстанческого отряда, отличившимся при взятии Охинаги, и Хуаном Сарабиа, проведшим четыре с половиной года в подвалах тоюрьмы Сан-Хуан-де-Улуа, решительно выступили против анархистских идей братьев Магон и за сплочение всех демократических сил Мексики. С августа 1911 года группа Вильяреаля стала издавать в Мехико свой “Рехенерасьон”, оговорившись, что это издание не имеет ничего общего с другим изданием, который выпускался в Лос-Анджелесе.

Поддержав новый режим, лидеры либеральной партии, вернувшиеся на родину, надеялись на то, что в скором будущем с приходом к власти Франсиско Мадеро, насущные вопросы революции будут решены путем реформ. Они выступили против забастовок, так как в связи с тем, что “многие фабрики, шахты и другие предприятия не работают, страна переживает тяжелый экономический кризис; не хватает продуктов питания, предметов первой необходимости. В таких условиях забастовки могут причинить ущерб национальным интересам и интересам самого пролетариата”. В то же время лидеры либералов критиковали правительство де ла Барры, подчеркивая, что, несмотря на падение диктатуры, на ответственных постах остаются люди, ничего общего не имевшие с революцией, а “враги народа в чести у временного президента”.

Издание “Рехенерасьон” критиковало де ла Барру за то, что на высших постах в армии остались приспешники старого режима, сторонники бывшего диктатора Порфирио Диаса, такие как генералы В. Уэрта и А. Бланкет, с помощью которых А. Гарсиа Гранадос стремился “потопить в крови законные требования крестьян Морелоса”.

Крестьянство Морелоса, как и всей Мексики, видело свое избавление в получении земли, за эту землю крестьяне и боролись с оружием в руках.

Для борьбы с нарастающим революционным движением в Морелосе А. Гарсиа Гранадос использовал также противоречия между Эмилиано Сапатой и Амбросио Фигероа, вызванные тем, что каждый из них оставался верен своему классу: Сапата – крестьянам, а Фигероа – асендадос (землевладельцам).

По указанию временного правительства Фигероа приступил к созданию на территории штата Герреро четырех корпусов руралес (конной полиции) для борьбы с восстанием.

Подготовка карательных сил беспокоила Сапату. 8 июля 1911 года произошла встреча Сапаты с временным президентом Мадеро в присутствии Э. Васкеса Гомеса и В. Каррансы. Мадеро предложил Сапате распустить войска, а в знак заслуг перед революцией получить асьенду (землевладение), на что Сапата ответил: “Сеньор Мадеро, я принял участие в революции не для того, чтобы стать асендадо, Единственное, чего мы хотим, это то, чтобы нам вернули землю, отнятую у нас помещиками”.

Вместе с тем Сапата соглашался пойти на уступки Мадеро в вопросе о расформировании своих отрядов: “Я готов распустить оставшиеся под моим командованием войска, но необходимо избрать законодательное собрание штата, которое назначит правительство, способное решить аграрный вопрос. Местные власти должны быть назначены народом, так как многие из нынешних представителей власти принадлежат к порфиристкой администрации и сьентификос”.

Учитывая авторитет и влияние Сапаты, Франсиско Мадеро предложил помещикам Морелоса подумать о подборе кандидата на пост губернатора, против которого бы не стал возражать Сапата, а его самого назначить командующим войсками штата. Но это предложение временного президента не нашло поддержки у асендадос. Губернатором Морелоса и командующим войсками там был назначен Амбросио Фигероа. В связи с этим, 17 августа 1911 года Сапата заявил протест против попрания демократических прав трудящихся Морелоса, где по-прежнему “царил произвол асендадос, сьентификос, которые хотят, чтобы народ оставался их рабами, не пользовался избирательным правом, оставался под гнетом, как это было во времена диктатуры”. Сапата просил Франсиско де ла Барру вывести из Морелоса федеральные войска.

“Эль Импарсиал”, “Эль Маньяна” и другие рупоры “бывшей диктатуры” изо дня в день печатали крикливые статьи об “анархии и бандитизме” в Морелосе, ругая последними словами “Аттилу Юга” – Сапату.

Возлагая большие надежды на Франсиско де ла Барру – “верховного правителя, главного хранителя законности и гаранта порядка в обществе, больном страшной заразой вандализма,” – мексиканская политическая реакция уверяла, что этот “незапятнанный перед историей деятель” спасет страну от “диких орд”, “выполнит свой возвышенный долг в момент разгула человеческой низости, ненависти и отчаяния”. И действительно, на одной из пресс-конференций де ла Барра заявил, что революция принесла стране страшные последствия, прежде всего разгул анархии, и поэтому ликвидация анархии – главная задача нынешнего правительства.

Но прогрессивные революционные силы давали решительный отпор политической реакции. Так, например, газета “Нуэва эра” писала: “Сапата вошел в революцию во имя определенных идеалов, и если он до сих пор не сложил оружия, то только потому, что не ликвидированы причины, породившие эту революцию”.

Сам Франсиско Мадеро колебался. С одной стороны, он знал бескорыстие и честность Сапаты и хотел с ним договориться, с другой же стороны он боялся крестьянской революции и шел на уступки землевладельцам. 18 августа 1911 года Мадеро еще раз приехал в Куаутлу и начал переговоры с Сапатой, но они были сорваны правительством, так как генерал Уэрта получил от де ла Барры приказ начать наступление на мятежников. 23 августа Мадеро уехал в столицу, пообещав Сапате урегулировать конфликт.

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники


Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code